3 декабря 2010 г.

В чем ошибся Дарвин

Теория Дарвина согласуется с современными данными хуже, чем эволюционные представления одного его малоизвестного предшественника. К такому выводу пришел в недавней обзорной статье американский биолог и эволюционист Майкл Рампино. Нет, это не означает еще пресловутого «Дарвин был не прав», скорее лишь корректирует общепринятую точку зрения на теорию эволюции и на то, как эволюционный процесс протекает.

В классическом дарвиновском представлении эволюция организмов под действием естественного отбора – процесс, похожий на медленный, неторопливый и постепенный подъем на эскалаторе. Лишь изредка та или иная катастрофа или иное из ряда вон выходящее событие вносят в эту картину элемент неожиданности: какой-нибудь вид, скажем, птиц, случайно оказавшись на изолированном острове, где он вынужден адаптироваться к необычным видам пищи, начинает изменяться чрезвычайно быстро, после чего снова возвращается к общему неспешному потоку.

По словам же Майкла Рампино, в современном виде картина предстает куда более грозной – скорее чередой малоуправляемых катастроф, массовых вымираний, каждое из которых, хороня сотни и тысячи видов, стимулировало взрывное развитие выживших. Такой взгляд, как напоминает ученый, близок мнению шотландского землевладельца и естествоиспытателя Патрика Мэттью, высказавшего эволюционные идеи почти за полвека до Дарвина. К слову, по ряду обстоятельств публикации Мэттью стали более-менее известны лишь многим позже дарвиновских, и нет никаких причин считать, будто Дарвин «заимствовал» идею естественного отбора как движущей силы эволюции у него. Тем более что взгляды Мэттью и Дарвина действительно во многом разнятся.

Майкл Рампино поясняет: «Мэттью открыл и ясно описал идею естественного отбора применительно к происхождению видов, но поместил его в контекст геологических изысканий, отмеченных рядом катастрофических событий, за которыми следовала быстрая адаптация… В свете современных представлений о роли массовых вымираний в эволюции жизни на планете, стоит переосмыслить идеи Мэттью как куда более близкие нашему взгляду, нежели дарвиновские».

Ненадолго вернемся к истории вопроса. В отличие от Дарвина, посвятившего рассмотрению разных аспектов эволюционной теории множество детальных трудов, Патрик Мэттью высказал эти идеи в кратком приложении к своей книге «Разведение древесины для кораблестроения», вышедшей в 1831 г. Записные книжки Дарвина свидетельствует, что он пришел к эволюционным идеям самостоятельно, в 1838 г., и первая его небольшая работа, посвященная этой теме, вышла в 1842 г. Формально он представил свои идеи совместно с Альфредом Уоллесом в 1858 г., на заседании научного сообщества в Лондоне. Революционная книга «Происхождение видов путем естественного отбора, или Сохранение благоприятных рас в борьбе за жизнь» опубликована год спустя.

Ну а Мэттью почти за три десятилетия до того ограничился кратким описанием идеи. Он писал: «Существует естественный закон, универсальный в природе, способствующий воспроизводству того существа, которое лучше приспособлено к своим обстоятельствам… А поскольку арена существования ограничена и уже заселена, лучше воспроизводятся более сильные, более крепкие, более приспособленные особи, способные выжить…»

Однако, раскрывая силы, обусловливающие этот процесс, Мэттью обращал особое внимание на катастрофические события и массовые вымирания, полагая их основным фактором, когда «область существования живых существ так сокращается, что появляются незаселенные области для новых, адаптированных созданий».

Между прочим, Дарвин в «Происхождении видов» роль катастрофических изменений всячески принижал. Для него действие естественного отбора – можно сказать, ежедневная, ежеминутная катастрофа, постоянная борьба между особями внутри популяций и между популяциями. Процесс такой, естественно, придает эволюции постепенный, а не скачкообразный характер.

Вернемся же в наши дни, когда Майкл Рампино подает голос в пользу шотландского натуралиста Мэттью – и почти что против одного из апостолов современной науки. По его замечанию, современные геологические знания позволяют рассматривать историю как длинные периоды сравнительного спокойствия и «отсутствия происшествий» с короткими, но ключевыми по важности эпизодами катастроф, когда изменения происходят быстро и драматически. Вовсе не как в классических взглядах Дарвина, в которых эволюционные изменения происходят очень медленно, за счет состязания между организмами, становящимися все более адаптированными ко все тем старым же условиям.

Все это, однако, не отменяет блестящего гения Дарвина – который высказал даже очень дерзкое предположение о том, что у всех живых существ имеется единый общий предок – предположение, которое подтверждает современная генетика.

Комментариев нет:

Отправить комментарий